Official site Official site Official site

Заповедник в годы войны

О заповеднике / История / Заповедник в годы войны
Центрально-Лесной заповедник, организованный в 1931 году, к началу 1941 года достиг в своем развитии наибольшего процветания. Все основные подразделения заповедника были укомплектованы квалифицированными кадрами, налажена система охраны территории от браконьерства и лесонарушений. Научные исследования охватывали различные компоненты экосистем заповедника и выполнялись при активном участии специалистов других организаций. Было издано два выпуска трудов заповедника, общим объемом 40,0 печатных листов и подготовлен к изданию - третий, объемом также 40 печатных листов. За короткий промежуток времени была построена необходимая инфраструктура для успешного функционирования основной деятельности: жилые дома общей полезной площадью 1508 м2, кордоны - 895 м2, контора с музеем и клубом, здание научной части и лаборатории - 948 м2, а также всевозможные хозяйственные и вспомогательные постройки. Штатная численность Центрально-Лесного заповедника, утвержденная на 1940 г., составила 61 человек, в т.ч. административно-управленческий аппарат - 12, научная часть (совместно с научно-техническим персоналом) - 21, охрана - 13, вспомогательное подразделение - 15 человек. Общее количество проживающих в пределах центральной усадьбы заповедника на 1 января 1940 г. составило 168 человек (включая детей). Следует особо отметить, что несмотря на экономические проблемы предвоенных лет, финансирование заповедника имело положительную динамику. Так, если общая сумма затрат на содержание заповедника в 1937 г. составила 335,7 тыс. рублей, в 1938 г. - 512,1 тыс. рублей, то в 1939 году эти затраты по сравнению с 1937 годом выросли вдвое и составили 681,2 тыс. рублей. Причем, на научно-исследовательскую работу было израсходовано в 1938 г. - 46%, в 1939 г. - 45 % от общей суммы выплаченной заработной платы или 30% и 40% соответственно от общей суммы расходов с учетом спецсредств, полученных заповедником за счет собственной деятельности [7].

Охрану территории заповедника площадью 31.9 тыс. га обеспечивали 13 наблюдателей. В предвоенный период основными нарушениями заповедного режима являлись: незаконное сенокошение, сбор ягод, грибов, а также лесонарушения, достигающие 50% от всех выявленных случаев. Большинство из них заключались в заготовке лыка на лапти. Дело доходило до того, что на специальной пробной площади, в кв. 141 (97 квартал по современной нумерации), предназначенной для изучения за ходом восстановления широколиственных пород, была вырублена вся липа. Повсеместный промысел лыка препятствовал возобновлению липы, особенно в периферийных кварталах заповедника. В то же время браконьерская охота на территории заповедника была практически искоренена.

С приходом в заповедник известного эколога, профессора В.В. Станчинского в июле 1936 г. на должность руководителя научной частью, начался этап продуманной, целеустремленной научно-исследовательской работы. Он с присущей ему напористостью и принципиальностью внедрял в заповедник единую, строго выдержанную и последовательную систему НИР, взамен разобщенных и многочисленных тем. Это новое направление получило название - "комплексные исследования". Необходимость постановки подобных исследований исходила из рабочей гипотезы, которая учитывала как специфические особенности экосистем заповедника, так и его профиль и задачи, обозначенные в руководящих документах. Содержание и методы комплексных исследований были опубликованы в I и III выпусках Научно-методических записок Комитета по заповедникам, изданных в 1938 и 1939 гг. Проблемно-тематический план научно- исследовательских работ, составленный на 3-ю пятилетку (1938-1942 гг.) был разделен на 3 основные проблемы. Они в свою очередь являлись исходными для постановки 22 научно-исследовательских тем, которые охватывали современное состояние, динамику и прогноз развития основных компонентов экосистем заповедника. Для реализации этих задач было запланировано финансирование на общую сумму 444 тысячи рублей. К большому сожалению, Великая Отечественная война и последовавший затем арест (29 июня 1941 г.) и гибель В.В. Станчинского, не позволили реализовать эти идеи в практику заповедного дела того периода.

К началу Великой Отечественной войны заповедник стал культурно-просветительским и научным центром в жизни региона, чему способствовало наличие большого потенциала научных сотрудников и соответствующей инфраструктуры. В научной библиотеке заповедника на 01.01.1941 г. насчитывалось 1886 книг на общую сумму 10218 рублей. В музее природы было размещено 125 экспонатов птиц и млекопитающих, 1270 коллекций тушек, черепов и шкур птиц и млекопитающих, 320 экз. шкурок мышевидных грызунов, 7 ящиков монолитов различных типов почв, таблицы с образцами дереворазрушающих грибов, с образцами мхов и травянистой растительности, карты распространения основных видов позвоночных животных и многое другое. Большое внимание уделялось студенческой практике, для чего В.В. Станчинским была разработана специальная программа, включающая целый комплекс занятий и, направленный на ознакомление с природными комплексами заповедника, содержанием, организацией и методами комплексной научно-исследовательской работы и непосредственное участие студентов в научно-исследовательской работе путем выполнения специальных тематических заданий соответствующих кабинетов научного отдела заповедника. Такая программа вносила необходимую ясность в содержание производственной практики и создавала необходимые предпосылки для успешного ее прохождения. Причем, обработку материалов студенты производили, не выезжая из заповедника и о результатах своих работ отчитывались на Научном Совете, где давалась соответствующая оценка выполненным работам. Общее количество студентов-практикантов не могло превышать 15 человек. Такое количество лимитировалось наличием мест в общежитии, а также рабочих столов в кабинетах. В предвоенный 1940 г. практику прошли 8 человек: 3 студента Московского, 3 - Горьковского и 2 - Ленинградского университетов [6].

Чрезвычайно большую роль в плодотворной научно-исследовательской работе играли заседания Научного Совета и специальные научные конференции, на которых заслушивали доклады, как сотрудников заповедника, так и ученых сторонних организаций. Это способствовало выработке единого и комплексного подхода в реализации основных научных проблем, стоящих перед заповедником. Кроме того, в условиях оторванности коллектива от научных центров они способствовали пополнению знаний в смежных областях науки, что чрезвычайно важно при комплексной системе работ. В 1940 г. было проведено 9 заседаний Научного Совета и 5 конференций.

Активно проводилась культурно-просветительская работа. За 1940 г. в клубе заповедника было продемонстрировано 7 киносеансов, показано 5 спектаклей, прочитано 11 докладов о международном положении. Проведено коллективных слушаний радио - 12 раз, танцевальных вечеров 5, бесед-читок - 5, выпуск стенгазеты - 10 раз, на общих собраниях коллектива заповедника прочитано 3 популярных доклада о научной работе. В соседних колхозах и Маковском сельском совете проведено 12 докладов и бесед. Все работники научной части принимали участие в публикациях о заповеднике в местной газете "Колхозная правда". Для местного населения функционировала библиотека художественной литературы, куда доставлялись книги из парткабинета г. Нелидово [6].

Вероломное нападение фашисткой Германии на долгие годы прервало успешное развитие заповедника. Ушли на фронт работники призывного возраста. Молодежь допризывного возраста и старшее поколение были направлены на сооружение оборонительных укреплений под Ржевом, большая часть которых осенью 1941 г. оказались в плену у немцев. В сентябре фронт приблизился к заповеднику. Вот как описывает период оккупации территории заповедника немецкими войсками П.Б. Юргенсон, проработавший в заповеднике заведующим научной частью в послевоенный период (со слов бывшего начальника охраны и завхоза Ф.Я. Лебедева).

Эвакуация научного оборудования, библиотеки, коллекций и архива была поручена старшему научному сотруднику В.Я. Частухину. Все наиболее ценное из имущества было отгружено в ящики, но, видимо, не успело дойти до Москвы. После освобождения территории Калининской области оказалось, что остатки этого имущества находили в окрестностях г. Ржева, который был занят немцами. Часть аппаратуры В.Я. Частухин лично вывез в Мордовский заповедник. Все же значительную часть оборудования и имущества не удалось эвакуировать и была оставлена на месте. Например, после войны часть мебели и планшет аэрофотосъемок 1936 г. директору заповедника К.П. Драчевскому с большим трудом удалось собрать по домам колхозников окрестных селений.



Несмотря на то, что линия фронта оказалась на подступах к Москве, однако территория заповедника немцами занята фактически не была. Обширные леса и болота, а также сформировавшийся здесь партизанский отряд, создали свой небольшой партизанский край. На территории заповедника, в частности в бывшей д. Красное, в 4-х км севернее центральной усадьбы, базировался партизанский отряд, который состоял из партийных и советских работников Нелидовского района во главе с секретарем райкома ВКП(б). В лесу был устроен продовольственный склад: один в урочище "Пасторка", второй - в 137 квартале на р. Крутик (ныне 93 квартал). Партизанский отряд, выполняя боевые операции, время от времени покидал место постоянной дислокации. 8 октября 1941 г. в отряд поступил, как потом оказался, непроверенный донос о том, что немецкие войска с артиллерией и танками находятся в с. Высокое, в 10 км южнее центральной усадьбы заповедника, Начальник партизанского отряда принял решение временно оставить территорию заповедника. Новое пополнение из 11 человек молодежи, как недостаточно стойких для борьбы в тылу врага, он приказал начальнику охраны заповедника Ф.Я. Лебедеву немедленно вывести в расположение наших войск. Узнав об уходе партизан и приближении немцев, многие жители с. Федоровское бросились в заповедник расхищать кто что мог, в том числе и продовольственный склад партизан. То, что было не нужно в обиходе (например, гербарии) - было просто выброшено. Прибывший небольшой отряд немецких велосипедистов из 9 солдат спросили, - откуда жители с. Федоровское тащат имущество и чье оно, - им объяснили, что "из заповедника, где жили коммунары". [4]

Позже, желая скрыть от партизан факт расхищения склада в лесу, некоторые из жителей ходили в расположение немецких частей с доносом о партизанском «схроне». Но немцы не решались искать этот склад. Партизанский отряд участвовал в боевых операциях местного значения и его присутствие не позволяло немецким оккупантам проникать на территорию самого заповедника. Также были свободны от немецкой оккупации территории сельских советов, примыкающих к южным границам заповедника (Высоковского, Пустоподлесского и Маковского). Вернувшись на свою прежнюю базу – Красное, партизаны отомстили изменникам и трое жителей с. Федоровское были ими расстреляны. Один из предателей, живший на хуторе Васьково, бежал с сыновьями к немцам. Дом его был сожжен. Из действий партизан в районе заповедника следует отметить бой у д. Староселье. Два партизана, засев со станковым пулеметом на общественном дворе, отбили наступление немецкого отряда, пытавшегося перейти гать через Старосельский мох и занять д. Староселье со стороны Малых Ясновиц. Атака немцев была отбита и больше они не пытались проникнуть в эти места. Защищать это узкое дефиле было очень удобно.

Прилегающие же к заповеднику части Ленинского, Пеновского и Молодотудовского районов (ныне территории Андреапольского, Пеновского и Селижаровского районов) были заняты до самых его границ. Немцами был занят также кордон № 1 (ныне Круглая Лука, кв. 1 заповедника), а кордоны № 7 (ныне кв. 278 Андреапольского лесхоза по дороге д. Малахово-д. Гора) и № 8 (ныне присоединенный к заповеднику кв. 5 Нелидовского лесхоза, по дороге д. Верховье - Пустое Подлесье), были сожжены захватчиками. Фактически немцы держались главным образом вдоль линий железных дорог. К северу от железной дороги Москва - Великие Луки даже после освобождения района вокруг заповедника, они еще долго удерживались на линии селений Карпово - Можайка - Перевоз. Поскольку железные дороги были еще в руках немцев, передвижение и снабжение наших войск шло с севера через Селижарово, для чего были построены дороги с бревенчатым настилом. Большая часть дорог было окувечено вручную, с привлечение большого количества местного населения, в первую очередь женщин. До настоящего времени сохранились эти военные дороги вблизи границ и на территории самого заповедника. Это дороги: Хмелевка-Токовье-Лукадорка-Замошье, частично захватывающий северо-восточный угол современного квартала 34, "Гусевский большак", проходящий через бывшие населенные пункты Павлово-Гусевка-Шлюз-Васьково и по 3, 2/8, 1, 7 и 6 кварталам заповедника в нынешней нумерации и дорога Староселье-Федоровское. На территории заповедника эти дороги на всем протяжении находятся в плохом состоянии, но ежегодно расчищаются от кустарников и упавших деревьев. Множество других военных дорог, пролегающие по территории охранной зоны, к настоящему времени заросли лесом и пришли в негодность. В период изгнания немцев с территории Калининской области большой бой шел у д. Гусевка, расположенной у северной границы заповедника. Район заповедника от немецкой оккупации был очищен 25 января 1943 года. До осени 1943 г. здания центральной усадьбы заповедника занимали тыловые части советской армии. С продвижением линии фронта на запад они оставили заповедник [4].

Поражение немецко-фашистских войск под Москвой (декабрь 1941 - апрель 1942 г)[8]



Из памятных мест и объектов военного времени следует отметить следующее. В деревне Хмелевка, располагался госпиталь для советских солдат. В 1,5 км к с-з от д. Хмелевка, за кладбищем, сохранилось место падения подбитого немецкого бомбардировщика. На урочище Боец, есть место захоронения советского воина, расстрелянного немцами вблизи урочища Пологи. К сожалению, точное место захоронения не сохранилось в памяти местных жителей. До настоящего времени хорошо заметны оборонительные сооружения, устроенные советскими солдатами - окопы с пулеметными гнездами по южной окрестности д. Федоровское и заплывшие ямы, образовавшиеся от разорвавшихся бомб, сброшенных с немецких самолетов. Кроме того, система окопов и блиндажей хорошо сохранились севернее и северо-западнее д. Столовая, в заросшем березовом лесу. В квартале 52 заповедника, на обочине дороги Решетники-Бабинка, сохранились остатки немецкой автомашины - рама и часть кузова. На кордоне Осиновка под навесом почти до начала 90-х годов хранилось заднее колесо от немецкой конной телеги в достаточно хорошем состоянии. Этот экспонат военных времен с удовольствием демонстрировал лесник заповедника Н.П.Крутелев гостям кордона Осиновка как вещь достойную похвалы, как символ качества, долголетия и совершенства технологии изготовления в немецком духе. В русле реки Ночна, в 150 м вверх по течению от бывшей д. Комары, до настоящего времени лежит неразорвавшаяся большая авиационная бомба, сброшенная с немецкого самолета. Много неразорвавшихся гранат и мин, расхищенных подростками с временных складов оружия, оказалось на илистом дне прудки, расположенной в 95 квартале на центральной усадьбе заповедника. В конце 60-х годов, при попытке расчистить дно прудки, подорвался экскаватор, который зацепил мину ковшом, к счастью, машинист экскаватора не пострадал. Современное кладбище на урочище Горбатое образовалось после захоронения советского солдата в 1943 году, а до этого там располагалась начальная школа, где учились дети из окрестных деревень и работников заповедника.

С января по июль 1943 г. в заповеднике работали 3 человека. С августа 1943 г. Лебедев Федор Яковлевич назначается уполномоченным по восстановлению заповедника [1, 2]. Он последним покинул заповедник к моменту его оккупации и первым вернулся обратно после изгнания фашистов из заповедника. Основные постройки на центральной усадьбе сохранились, но население окрестных деревень растащило рамы, стекла, дверные и печные приборы и т.д. В районный центр, г. Нелидово, было вывезено двухэтажное здание административного корпуса. Это здание простояло почти до конца 70-х годов. В нем располагался райисполком Нелидовского района, позже - прокуратура и народный суд. В труднейших условиях, в условиях безденежья, приходилось восстанавливать здания, инвентарь, приобретать тягловую силу и т.д. Были заново выстроены кордоны № 7 и 8. Но многие фондовые материалы, научные отчеты, коллекции, гербарии и многие другие архивные материалы исчезли бесследно. К концу декабря 1944 г. в заповеднике трудятся уже 13 человек. С марта 1944 г приказом Главного управления по заповедникам и зоосадам СНК РСФСР директором заповедника назначается А.В. Грибас. Прилагаются большие усилия по комплектованию основных отделов заповедника, в первую очередь службы охраны. Начальником охраны и одновременно завхозом назначается Ф.Я. Лебедев. Охрана лесов от пожаров осуществляется с геодезических вышек, расположенных по периметру заповедника, в частности на урочищах Васино, Новики, Пивовар и Верховье. Проводится тщательная инвентаризация имущества. Командируются работники заповедника в Пеновский и Максатихинские районы Калининской области для розыска лошадей, сданных на хранение в период эвакуации, приобретаются ездовые быки. Штабом Белорусско-Литовского военного округа в заповедник были переданы рабочие лошади. Восстанавливается работа подсобного хозяйства, расположенного на урочище Красное. В мае 1945 г. А.В. Грибас по болезни оставляет должность директора, а с августа 1945 г. директором заповедника назначается К.П. Драчевский. К осени 1945 г. возвращаются в заповедник демобилизованные из рядов Советской Армии фронтовики, бывшие наблюдатели заповедника Прокопенков Иван Иванович, Лебедев Алексей Поликарпович, Аркадченков Илларион Куприянович, бухгалтер Журавлев Георгий Яковлевич и др. [2, 5].

Научная работа в это период не проводилась. Лишь с сентября 1945 г. были начаты фенологические наблюдения метеорологом-фенологом Н.Н. Петровой. С возвращением в заповедник метеоролога П.И. Петрова началось восстановление метеостанции. Восстановительные работы шли очень медленно из-за недостатка приборов. Полевая площадка была не дооборудована приборами даже в 1949 г. В 1946 г. в заповеднике приступает к работе зоолог И.Д. Щербаков. Он остается единственный научным сотрудником заповедника до осени 1948 г., т.к. Петров П.И. вскоре увольняется из заповедника. С прибытием на работу ботаника И.Г. Григорьева и метеоролога Леонтьева осенью 1948 г. в заповеднике образуется научный коллектив, который с марта 1949 г. возглавляет известный зоолог и охотовед П.Б. Юргенсон. К сожалению, штат научных сотрудников заповедника послевоенного периода оставался непостоянным. Необходимо было вновь налаживать былое сотрудничество со сторонними научно-исследовательскими организациями, вузами. Для этого были все предпосылки. Однако Центрально-Лесному государственному заповеднику впереди ждала участь 88 других заповедников, закрытых Постановлением Совета Министра СССР от 29.08.1951 г. № 3192 «О заповедниках». Приказом по заповеднику № 94 от 29.09.1951 г. территория и все основные средства заповедника были переданы Министерству лесного хозяйств. Архивные материалы научного отдела и первичные бухгалтерские документы, приемо-сдаточные акты подлежали отправке в Главное управление по заповедникам, научное оборудование, материалы для научных целей, музейные экспонаты и библиотечный фонд – научно-исследовательским организациям и областному музею г. Великие Луки. Архивные данные метеостанции переданы в Ленинградское Управление Гидрометеослужбы. Все работники заповедника были освобождены от занимаемых должностей [3].

Таким образом, Великая Отечественная война и последующая ликвидация Центрально-Лесного заповедника на несколько десятилетий отбросили назад все достижения заповедного дела и заповедной науки предвоенного времени. Главное – был безвозвратно утерян богатейший ресурс научных кадров, целая плеяда ученых заповедной науки.



Литература

    1. Ведомости на выдачу заработной платы работникам и служащим Центрально-Лесного государственного заповедника. 1 января 1943 г. – декабрь 1943 г. 6 листов.
    2. Книга приказов по Центрально-Лесному госзаповеднику. 1944-1946 гг. 184 с.
    3. Книга приказов по Центрально-Лесному госзаповеднику. 1951 г. 52 листа.
    4. Летопись Природы Государственного Центрально-Лесного заповедника. Часть 1. 1949 год. 22 с.
    5. Личный состав работников Центрально-Лесного заповедника. 1 января 1951 г. - 1 октября 1951 г. 106 листов.
    6. Отчет о научно-исследовательской работе Центрально-Лесного государственного заповедника за 1940 г. 65 с.
    7. План организации заповедного хозяйства Центрально-Лесного государственного заповедника. Книга 1. Т.1. М., 1940. 209 с.
    8. История великой отечественной войны Советского Союза 1941-1945, Том второй, Изд-во Министерства Обороны Союза ССР, Москва, 1961.

 

Похожие страницы